Малое как стратегия
Когда машина становится маленькой, ею может владеть кто-то другой. Малые языковые модели и модульные реакторы передают власть от институций к владельцам.

Nespresso Pixie занимает в ширину 11 сантиметров. Я над ней работал. В эти 11 сантиметров помещаются насос на 19 бар и нагреватель, готовый к работе через 25 секунд. Когда-то для эспрессо требовались кафе и человек, умеющий обращаться с машиной. Pixie нужна полка.
То, что случилось с кофе, теперь происходит с двумя куда более крупными машинами. Малые языковые модели работают на телефоне, а малые модульные реакторы можно поставить рядом с заводом или дата-центром, который они питают. Отрасли, которые их строят, по-прежнему молятся на масштаб и считают малые версии диковинкой. Они ошибаются. Уменьшите машину, и ею смогут владеть те, кто никогда не заплатил бы за большую. Вместе с машиной к ним переходит и власть.
Большие машины принадлежат институциям, потому что только институции могут за них заплатить и их дождаться. Два новых реактора АЭС Vogtle в Джорджии планировали запустить в 2016 и 2017 годах за 14 млрд долларов. Работать они начали в 2023 и 2024 годах, а обошлись более чем в 30 млрд. В декабре 2023 года регуляторы штата разрешили Georgia Power, одному из четырех владельцев, поднять тарифы, чтобы вернуть 7,56 млрд долларов оставшихся затрат. Такой счет мог выдержать только владелец, чьим клиентам некуда деться.
Искусственный интеллект перенял эту схему. В январе 2025 года OpenAI и ее партнеры объявили о Stargate, плане вложить за четыре года 500 млрд долларов в вычислительную инфраструктуру. Самые большие модели живут в зданиях такого рода, а все остальные берут их в аренду и платят за каждый токен. Хозяин назначает цену и может сменить замки.
В вычислительной технике так уже было. Мейнфрейм стоял в машинном зале и принадлежал компании, пока персональный компьютер не поставил на стол машину попроще и не отдал ее тому, кто за нее заплатил. Сегодня никто не называет ПК слабым мейнфреймом.
Малые модели, малые реакторы
В апреле 2024 года Microsoft опубликовала Phi-3-mini, модель с 3,8 млрд параметров. Исследователи компании запустили ее без сети на iPhone 14, где она заняла около 1,8 гигабайта памяти. По собственным тестам Microsoft, она не уступала GPT-3.5, семейству моделей, с которым в конце 2022 года вышел ChatGPT. В августе 2025 года Google выпустила Gemma 3 270M с 270 млн параметров. В тестах Google на чипе Pixel 9 Pro 25 диалогов израсходовали 0,75% заряда батареи.

Модели такого размера умеют меньше гигантов. Зато они работают на устройстве, которое принадлежит пользователю, и никуда ничего не отправляют. Юридическая фирма может прогнать такую модель по своим документам. Больница тоже, а уж она меньше всех может позволить себе отправлять медицинские карты на чужой сервер.
Реакторы идут тем же путем. МАГАТЭ относит к малым модульным реакторам те, что дают до 300 мегаватт электрической мощности на модуль, и насчитывает больше 80 проектов и концепций. Некоторые из них проектируют под одну промышленную площадку или один дата-центр, и при таком размере покупателем может стать одна компания, а не потребители целого штата через свои счета за электричество.
Дата-центр с собственным источником энергии перестает ждать сеть и сам задает себе сроки. Как ни странно, среди первых покупателей малых реакторов есть компании, у которых самые большие модели.
Цена малого
Малые вещи слабее и в пересчете на единицу обходятся дороже, а эффект масштаба вполне реален. В ноябре 2023 года NuScale и объединение муниципальных энергокомпаний из Юты отменили проект, который должен был стать первой в Америке станцией с малыми модульными реакторами. Целевая цена выросла с 58 до 89 долларов за мегаватт-час, а покупателей набралось слишком мало. И никакая модель в телефоне не сравнится с той, что занимает целый дата-центр.

Но цена за единицу остается меркой институций. Она учитывает выработку и оставляет за скобками плату за вход, то есть десять лет стройки и капитал, который все это время ждет. Владелец хочет знать другое: по карману ли ему машина вообще и может ли кто-нибудь ее отнять. Покупателями в Юте были небольшие города, и реактор они могли рассматривать только потому, что этот был им по размеру. Остановила их цена.
Что касается слабости, большинство задач невелики. Модели, которая сортирует счета или отвечает на вопросы по инструкциям одной компании, весь интернет ни к чему, и Google продвигает свою модель на 270 млн параметров именно как подходящий инструмент для конкретной работы.
К тому же малые вещи дешевеют так, как большие не дешевеют, потому что их выпускают сериями и каждая партия чему-то учит завод. Первые малые реакторы будут дорогими, как любой первый продукт, и честно сравнивать надо с десятым. У строителей Vogtle было две попытки.
Rea Stark, промышленный дизайнер и основатель компаний, живет и работает в Цюрихе. Он создавал дизайн для Sony и Nespresso, стал сооснователем Piëch Automotive и Archaí Physics и занимается тем, как машины воспринимают физический мир и обращаются с ним. О Rea Stark
Изображения к этому эссе созданы с помощью ИИ.